ПРАВОСЛАВИЕ, ПРАВА ЧЕЛОВЕКА И ОБМИРЩЕНИЕ

Давор Дзалто, Эффи Фокас, Брэндон Галахер, Перри Хамалис, Аристотель Папаниколау и  Грегори Тукер  |  English

Документ «Миссия Православной Церкви в современном мире» предлагает четкое подтверждение «достоинства и величия человека» (А1) в христианском учении. Более того, возвышенное положение человека основывается на его высшем призвании к обожению. Так как человек может стать совершенным в Боге вне этой жизни, освящение начинается сейчас, в этом мире, через отношение к другим. Церковь осознает, что для реализации данной цели, она должна высказывать свой «пророческий и пасторский глас» и поддерживать в современном мире, «справедливость, мир, свободу, любовь и братство», что описывает Царство Небесное.

Для того, чтобы достичь полной справедливость в глубоком свидетельствовании Евангелия, как предлагает документ, необходимо обсудить и серьезно обдумать некоторые его ключевые моменты. Ибо, хотя этот текст и содержит моменты глубокого понимания состояния современного мира, он также показывает последствия длительного периода, в течение которого, Церковь не проявляла свою синодальность и утратила искусство решения наиболее важных проблем сегодняшнего дня с ясностью и разумом. Нужно сфокусировать внимание на понимании ключевых концепций, в частности, обмирщения (секуляризации) и светского мира.

Во-первых, текст критикует различные аспекты жизни современного мира, которые считаются определяющими для процветания человечества во Христе, но часто без объяснения или развернутого анализа указанных аспектов. Эта проблема проявляется наиболее ясно в списке современных пороков, приведенном в начале документа (Б2), и сохраняется на протяжении всего текста, где негативно истолкованные идеи, такие как «идеология либерального глобализма» и ее влияние на средства массовой информации (Е6), а также позитивно истолкованные, например, общепризнанные «основные христианские и гуманные принципы» (Е11), представлены без точного изложения.

С этим связано частичное применение терминов, заимствованных из сферы защиты прав человека. Текст ссылается на права человека, для гарантии свободы публичного высказывания для Церкви и свободы вероисповедания для людей, но ограничивает рамки прав человека, поскольку они расходятся с моральными учениями Церкви (Д3). Вместо этого Церкви следует одобрить идею неотъемлемых прав человека, без классификации или дискриминации, как основное естественное следствие учения ее Евангелия о достоинстве и святости человеческой жизни, которые божественно даруются и остаются с человеческими созданиями, даже когда они нарушают границы морали, установленные учением Церкви.

Этические смысл Евангелия более не самоочевиден в современном мире, даже в странах, где широко исповедуется православие и Церковь имеет голос в общественной жизни и прямое политическое влияние. Неоднозначность данного документа позволяет интерпретировать его как ссылающийся на карикатуры, а не высказывающий ясные и состоятельные доводы, основанные на Евангелии и давней традиции Церкви в работе с социальными и моральными проблемами, угрожающими росту человека к Богу.

Во-вторых, серьезную озабоченность вызывает негативное представление обмирщения (секуляризации) и светского мира. «Обмирщение» возглавляет список современных пороков, «привносящих бесконечную тревогу в жизнь современного человечества» и приравнено к истинному злу, такому как «насилие…бедствие наркотической и других видов зависимости… [и] ограничение прав человека» (Б2). Документ подразумевает, что обмирщение, истолкованное как, отрицание и подавление религиозных и моральных голосов в общественной жизни, является корнем всех современных моральных кризисов. Иными словами, обмирщение рассматривается как современный первородный грех.

Такое представление вызывает беспокойство в нескольких отношениях. Оно демонстрирует очень узкое понимание светских обществ, которые сейчас широко отрицаются социологами и теологами, занимающимися анализом современного мира. Более того, критика всецело западного понимания обмирщения выявляет стоящую за текстом антизападную идеологию, не учитывающую глобальную ситуацию, в которой обмирщение произошло вне западноевропейского и североамериканского контекстов. В действительности, светские политические пространства не разграничиваются высокой стеной между религией и политикой, а дифференцируют общественный и правовой порядок, что максимизирует плюрализм. В светских обществах, дифференциация сфер (политической, правовой, экономической, религиозной и т.д.)  стала необходимым инструментом ограничения государственной власти и защиты свободы человека. Таким образом, хотя правильно отказаться от секуляризма, как от антирелигиозной идеологии, Церковь должна проницательно поддержать секуляризацию (обмирщение), чтобы гарантировано не ограничивать свою жизнь определенным нестабильным политическим пространством, а быть доступной всем людям. Секуляризация освобождает Церковь от политического заключения, позволяя свободно выбирать Евангелие, как образ жизни.

Современное светское пространство, далеко от нерелигиозного и аморального, и в действительности стремится гарантировать разнообразие моральных и религиозных мнений, соединенное с уважением человеческой личности и ее неотъемлемой свободы, которая поддерживается в документе, как существенный элемент христианского учения. Хотя секуляризация и может привести к столкновению идеологий и разногласий относительно приемлемых границ многообразия, действительно демократические светские общества ценят человеческую свободу и стремятся развивать мирное и справедливое сосуществование, охватывая все различия, не подавляя различные традиции и культуры, но обеспечивая их процветания. В рамках этого более широкого видения светского общества, Церкви предоставляется возможность расширить свою божественную миссию по евангелизации народов и культур.

Хотя Бог постоянно проявляет себя в любви к человечеству и желает совершенства своего творения, он тем не менее уважает сущностную свободу человеческой личности, которую он имплантировал в начале. Только в свободе человек может проявлять безотзывный образ Бога, реализуя свой природный потенциал как существо, созданное Богом, совершая выбор свободно действовать в соответствии с его волей. Поэтому Церковь призвана всегда и везде свидетельствовать о человеческой личности, преображенной непоколебимой преданностью воле Отца, о чем преимущественно свидетельствует Иисус Христос, и далее жизнь святых, и защищать свободу каждого человека на самоопределение в отношении того, как жить и как умереть в свете этого знания. Мы должны прислушаться к словам нашего Господа: «Не бойся!». Настало время начать развернутый диалог с современным миром и принять плюрализм и свободу светского общества в качестве возможности для выполнения миссии, всегда помня о том, что «…не послал Бог Сына Своего в мир, чтобы судить мир, но чтобы мир спасен был чрез Него» (Ин. 3.17).


Статья написана при поддержке специального проекта по Святому и Великому Собору, Американского Православного Теологического Общества и опубликована центром исследования Православного Христианства университета Фордам.


Давор Дзалто, доцент и программный директор по исследованию искусства, истории и религии в Американском университете Ром, президент Института по изучению культуры и христианства.

Эффи Фокас, исследователь в Греческом фонде европейской международной политики (ELIAMEP) и исследовательской ассоциации Лондонской школы экономики Греческой Обсерватории.

Брэндон Галахер, лектор по систематической и сравнительной теологии в университете Эксетер.

Перии Хамалис, почетный профессор религии в колледже Норс Централ в Нейпервилл, Иллинойс.

Аристотель Папаниколау, почетный профессор православной теологии и культуры, содиректор центра исследования Православного Христианства университета Фордам.

Грегори Тукер, аспирант кафедры теологии университета Фордам.