ВИЗАНТИЙСКИЕ ИСТОКИ КОНТРОЛЯ ЗА ОРУЖИЕМ

Джордж Демакопулос (George Demacopoulos) 

Трудно переоценить роль Византийского императора Юстиниана как в христианской, так и в политической истории, по причине того, что он более, чем какой-либо другой христианский правитель, интегрировал христианские принципы в имперское законодательство. Смотрите ли вы благосклонно на Византийскую модель «симфонии» Церкви и Государства или предпочитаете джефферсоновское отделение Церкви от Государства, любая современная формулировка христианства в политике тем или иным образом является ответом Юстинианскому наследию. И даже сегодняшние споры о контроле за оружием были предвосхищены Юстинианскими законами, запрещающими гражданам владеть оружием.

85-я Новелла Юстиниана строго запрещала продажу оружия гражданам. Исключениями из правила были только маленькие ножи и домашние топоры.  Ношение гражданами оружия в городской черте было запрещено еще ранее древними римлянами, однако предисловие к 85-й Новелле напрямую подчеркивает христианскую направленность в формулировке нового и более обширного закона.

Начало 85-й Новеллы гласит: «Взывая к великому Богу и Иисусу Христу, Спасителю нашему, и призывая Его помощь, мы стремимся уберечь наших подданных, данных нам Богом в управление, от всякого ущерба и вреда и запретить драки, совершенные в результате недомыслия, заканчивающиеся резней и ведущие к двойному наказанию –  тому, что воюющие навлекают на себя и тому, которое закон обрушивает на них за их безумие».

Проще говоря, Юстиниан верит, что защищать благополучие граждане – это ответственность, назначенная ему Богом. Он так же считает, что наилучшей гарантией благополучия граждан будет криминализация продажи им оружия. 85-я Новелла была в силе последние 900 лет существования Византийской Империи.

Византия было достаточно насилия – гражданские войны, иностранные вторжения и бунты были обычным делом. Так почему же византийцы так сильно выступали против вооруженной самообороны?

Отчасти ответ состоит в их авторитарной концепции правительства. Они не только считали, что имперские власти и армия гораздо лучше защитят граждан, чем граждане сами себя, но и предпринимали продуманные шаги по сведению до минимума угрозы восстания со стороны граждан. Перенося это в Американский контекст, уместно отметить, что и первые сторонники прав на оружие в 18 веке, и самые громогласные защитники этих прав в наше время думают, что хорошо вооруженное население помогает предотвратить возникновение авторитарного правительства. Другими словами, Византийцы считали, что их общество будет безопаснее если у граждан не будет оружия, современные защитники прав на оружие верят, что общество более безопасно, если граждане оружие имеют.

Однако авторитаризм дает лишь частичное объяснение. Учитывая явное обращение к христианству в 85-й Новелле, мы также должны рассмотреть и то, как Юстинианский закон мог отражать христианские этические нормы того времени. Хотя сохранившиеся богословские источники напрямую не задаются вопросом моральной допустимости вооруженных граждан, они могут многое рассказать о моральном вреде, возникающем при лишении кого-либо жизни. Веря, что это может привести к духовному исцелению, св. Василий постановил, что солдаты, совершившие убийство при исполнении своих обязанностей, не должны причащаться в течение 3 лет. Св. Амвросий в свою очередь, немедленно отсек возможность того, что христианин может убить другого в целях самозащиты: «Я не думаю, что христианин – мудрый и справедливый человек – должен спасать свою жизнь ценой смерти другого, даже столкнувшись с вооруженным нападающим, он не  должен возвращать удары, потому что защищая свою собственную жизнь он поступается любовью к ближнему» (Амвросий, De Officiis, 3).

Конечно, Юстиниан сформулировал 85-ю Новеллу скорее, как средство предотвращения насилия среди граждан, чем как попытку установить законные условия убийства в целях самообороны. Однако моральное доверие таким богословам как св. Амвросий предполагает, что самозащита не служит оправданием владению оружием.

85-я Новелла безусловно не имеет прямого юридического отношения к праву владения оружием в Америке 21-го века. Однако американским католикам и протестантам следовало бы помнить, что Византия является частью их собственного культурного, политического и религиозного наследия. В основах современного законодательства лежит не только Юстинианский Кодекс, но и православное христианство и, особенно, его политическое богословие, касающееся современного Запада более непосредственным образом, чем это общественно признается.

Для Православных в Америке значимость Юстинианских Новелл еще более весома и сложна. Многие православные по всему миру с ностальгией смотрят на авторитарную Византию и царскую Россию именно потому, что они предлагали политическое пространство, в котором христианское учение могло быть закреплено в законодательстве. Возможно нет лучшего примера, чем Юстинианская 6-я Новелла, которая провозглашает решения Церковного Собора равными по силе имперскому закону. При этом часто проходит незамеченном то, что эти отношения были обоюдными, то есть все имперские законы имели каноническое значение для православных христиан, живущих в империи. Самые знаменитые толкователи Канонического Закона в последующих столетиях Византии не видели большой разницы между законами Церкви и законами государства. Другими словами, 85-я Новелла Юстиниана была бы интерпретирована представителями Церкви в Византии как каноническое правило для всех христиан.

Принимая во внимание все вышесказанное, можно было бы предположить, что Американские православные, которые с большим энтузиазмом относятся к наследию Христианской Византии и скорее всего заявляют о традиционной природе их православия, также будут очень восторженно следовать Юстинианскому примеру и настаивать на ограничении прав на оружие в наше время. Однако это происходит крайне редко. Вместо этого может показаться что, поддерживая права на оружие американские православные основываются на своем американизме в той же степени, что и на своем православии.  И конечно ирония состоит в том, что аргументы в пользу прав на оружие не является традиционными в историческом смысле. Это скорее подчеркнуто современная и крайне светская тенденция.


Джордж Демакопоулос, почетный профессор православного христианства, содиректор центра исследования Православного Христианства университета Фордам.

Общественное Православие стремится содействовать обсуждению различных мнений по современным вопросам, связанным с православным христианством, предоставляя поле для свободной дискуссии. Позиции, высказанные в этом эссе, являются исключительно авторскими и не отражают взглядов Центра исследования православного христианства и редакторов.