Межправославные отношения, Религия и политика

НОВЫЙ СЕРБСКИЙ ПАТРИАРХ И БРЕМЯ СТАРЫХ ТЕРРИТОРИАЛЬНЫХ ПРОБЛЕМ

Опубликовано: 18 февраля, 2021
Всего просмотров: 👁 23 просмотра
Рейтинг читателей:
0
(0)
Время прочтения: 4 мин.

Андрей Богдановский ( Andreja Bogdanovski)

Из всех Православных Церквей Сербская церковь больше всех пострадала от Covid- пандемии, которая вызвала смерть ее патриарха Иринея и  епископа высшего ранга в соседней Черногории, митрополита Амфилохия. В то время, как сербские и балканские средства массовой информации будут уделять пристальное внимание профилю нового Предстоятеля и тому, что его выборы 18 февраля будут означать для совместных церковно-государственных амбиций, очевидно то, что новый сербский Патриарх унаследует накопившиеся проблемы, связанные с его спорными каноническими юрисдикциями в Северной Македонии и, в меньшей степени, в Черногории.

За выборами нового сербского Патриарха внимательно следят в Скопье и Подгорице. В обеих столицах власти выделили значительные ресурсы и использовали в последние годы целый ряд тактических приемов (с различными результатами) для продвижения своих проавтокефальных претензий. Так каковы же ставки у нового сербского Патриарха?

Самым безотлагательным из двух вопросов  будут отношения с непризнанной Македонской Православной Церковью (МПЦ), которая отделилась от Сербской Церкви в 1967 году, и с тех вокруг нее идут споры. Кажется, что вопрос об автокефалии МПЦ чуть сдвинулся в направлении возможного решения, благодаря готовности Вселенского Патриарха Варфоломея в 2018 году рассмотреть обращение Северной Македонии по поводу автокефалии. Это уже рассматривалось как маленькая победа МПЦ и политической элиты в Скопье, учитывая долгое нежелание Вселенского Патриарха (ВП) принять участие в серьезных обсуждениях с представителями церкви и государства Северной Македониии, что заставляло их вместо этого вести переговоры с Сербской церковью. Незадолго до начала пандемии в январе 2020 года Вселенский Патриарх предложил сторонам свою роль посредника и пригласил их в Фанар; Сербская церковь якобы отказалась от этого приглашения.

Премьер-министр Северной Македонии, Зоран Заев, сначала обратился с просьбой об автокефалии к Вселенскому Патриарху примерно в то же время, что и президент Украины Порошенко (апрель/май 2018 г.). Серьезные усилия по устранению разногласий с Сербской Православной Церковью (СПЦ) и налаживанию отношений завершились в 2002 году Нишским соглашением, которое, как предполагалось, приведет МПЦ в соответствие с требованием права, придав ей статус автономной церкви в составе Сербской Православной церкви. Из-за жесткого политического давления Церковь в Скопье отказалась от предлагаемого решения, и ее споры с МОЦ продолжились. Сербская церковь настаивала на установлении в Северной Македонии канонической структуры, и на ее основе возникла автономная Православная Охридская архиепископия (ПОА) во главе с Архиепископом Йованом (Вранишковским). Несмотря на ее малые размеры, ПОА остается единственной канонической структурой в стране. Нынешние власти Северной Македонии считают ПОА незаконным образованием и отказывают ей в регистрации из-за ее связей с Сербской церковью, несмотря на решение Европейского суда по правам человека 2017 года в ее пользу.

После смены правительства в 2017 году и в связи с тем, что социальные демократы составили большинство в парламенте, власти заняли более активную позицию в отношении церковной автокефалии как результат концепции Зорана Заева «ноль проблем с соседями», в которой церковный вопрос считался последним нерешенным двусторонним вопросом между Северной Македонией и ее самыми близкими соседями. Это стало особенно заметно после (недолгого) сближения с Болгарией в 2017 году и ставших намного лучше отношений с правительством Греции во главе с партией СИРИЗА, в основном, благодаря разрешению споров о названии и подписанию в июне 2018 года соглашения Преспа. Обращение к ВП также было следствием провалившегося в 2017 году плана обойти Сербскую церковь, попросив Болгарскую Православную Цепковь (БПЦ) стать материнской Церковью для МПЦ и в одностороннем порядке признать ее автокефалию. На сегодняшний день БПЦ не прояснила свою позицию по предложению МПЦ, хотя все признаки и внешнее давление на нее в отношении такой идеи подводят к негативному исходу.

Вслед за Петром Порошенко президент Черногории Мило Джуканович жестко настаивал на идее предоставления автокефолии Черногорской церкви и дал ей ход, приняв в декабре 2019 года спорный Закон о религиозных свободах. СПЦ восприняла это как прямую атаку на свою деятельность в Черногории, так как она  считает, что определенные аспекты закона непосредственно касаются ее церковной собственности, а также продвижения идеи отдельной Черногорской церкви. Согласно правовому документу, принятому в 2019 году, вся церковная собственность, построенная до 1918 года (год, когда Черногория объединилась с Сербией), должна стать собственностью Государства, если занимающая ее религиозная организация не способна предоставить доказательство владения. Это вызвало гнев Сербской церкви и массовые протесты, продолжающиеся несколько месяцев, и в конце концов это закончилось свержением правящей партии на парламентских выборах в августе 2020 года. Важность этих действий, предпринятых церковью, и последствия их очень велики, учитывая то, что Демократическая партия социалистов находилась в Черногории у власти  постоянно в последние тридцать лет. Одной из самых неотложных задач для нового просербского правительства было избавиться от спорного закона, и в декабре 2020 года проблемные статьи, относящиеся к государственной собственности, удалили.

С установлением нового просербского правительства надежды на независимую Черногорскую церковь на данный момент отложены без рассмотрения, так как у главного политического вдохновителя, президента Джукановича, нет большого количества рычагов международного влияния для таких инициатив. В отличие от ответа его коллегам в Скопье, ответ ВП Джукановичу был прямым отказом в отношении идеи автокефалии Черногорской церкви. Москва в этом вопросе также твердо стоит за поддержку Сербской церкви. В знак солидарности с СПЦ высокопоставленное духовенство Украинской Православной Церкви – Московский патриархат, включая главу церкви, Митрополита Онуфрия, участвовало в антиправительственных протестах в Черногории в 2019 году.

Похоже, что в результате действий нового просербского правительства накал  растущих требований предоставления автокефалии для Черногорской церкви снизился. Все же, как бы мал он ни был, в низах существует это стремление, исходящее от непризнанной Черногорской церкви, которая будет поддерживать идеалы независимости. У руководства новой Сербской церкви также будет «период отсрочки», чтобы ответить на предложение посредничества от ВП. Поэтому не следует ожидать значительных изменений в упорных усилиях СПЦ по сохранению своей канонической юрисдикции в Северной Македонии, так как это было устойчивой политикой на протяжении многих лет. Любая свобода действий, предоставляемая со стороны СПЦ, будет сводиться к старому рецепту: статус церковной автономии в  составе Сербской церкви. Если новый сербский Предстоятель решит игнорировать возрастающее внимание Вселенского Патриарха и множащиеся обращения МПЦ, его дорога в будущем будет трудной


Андрей Богдановский работает над докторской диссертацией в Букингемском университете, Великобритания, и изучает в универститет движения за автокефалию церквей в Восточной Европе и на Балканах.

Print Friendly, PDF & Email

Если вы читаете этот текст, значит, вы дочитали статью до конца. Мы надеемся, что она оказалась для вас полезной (иначе зачем дочитывать её до конца?). И теперь у нас есть скромная просьба. Подготовка и публикация этой статьи стали возможны благодаря поддержке наших читателей. Даже небольшое пожертвование помогает нашей редакции создавать новый контент. Поверьте, ваша поддержка для нас очень важна. Если вы цените нашу работу, подумайте о том, чтобы сделать пожертвование — каждый вклад имеет значение. Спасибо вам!

Проект Public Orthodoxy возник из стремления создать медийную площадку для обсуждения широкого круга проблем, связанных с Православным христианством, и для свободного выражения различных точек зрения. Позиция автора, выраженная в данной статье, может не совпадать с точкой зрения редакции или Центра православных исследований Фордэмского университета.

About authors

Статья заставила задуматься?

Спасибо, что нашли время прочитать этот текст! Если вы чувствуете, что готовы присоединиться к дискуссии на площадке Public Orthodoxy, мы готовы опубликовать ваш текст. Мы тщательно оцениваем присылаемые тексты на соответствие нашему основному кредо: Соединяя церковное, научное и политическое. Нажмите на кнопку ниже, чтобы ознакомиться с другими требованиями к статьям.

На страницу для внешних авторов

Оцените эту публикацию

Это эссе показалось вам интересным?

Нажмите на звезду, чтобы оценить его!

Средняя оценка 0 / 5. Количество оценок: 0

Поставьте первую оценку этому эссе.

Поделитесь этой публикацией

Дисклеймер

Проект Public Orthodoxy возник из стремления создать медийную площадку для обсуждения широкого круга проблем, связанных с Православным христианством, и для свободного выражения различных точек зрения. Позиция автора, выраженная в данной статье, может не совпадать с точкой зрения редакции или Центра православных исследований Фордэмского университета.