БЫТЬ ПРИСПОСОБЛЕНЦАМИ: ЧТО НА САМОМ ДЕЛЕ ИМЕЮТ В ВИДУ ХАУЭРВАС И УИЛЛИМОН

Фил Дорролл (Phil Dorroll)

«Иностранцы-резиденты»

Термин «accommodationist»  (тот, кто приспосабливается, идет на компромиссы – примеч. перев.) в последнее время стал вызывать определенные разногласия в происходящих по всему миру обсуждениях православными христианами сексуальности человека. Термин взят из очень  влиятельной книги Стэнли Хауэрваса и Уильяма Уиллимона «Иностранцы-резиденты: жизнь в христианской колонии» (впервые опубликована в 1989 году и переиздана в 2014 году с новым предисловием и послесловием). Поскольку этот термин может и в дальнейшам влиять на то, как мы, православные, говорим друг с другом о нашей традиции, было бы полезно прояснить его значение. Поэтому я обратился непосредственно к Хауэрвасу и Уиллимону, чтобы получить некоторое представление о том, как они понимают эту концепцию. Оба любезно согласились обсудить со мной эту тему. Ниже даются мои размышления по поводу основных моментов нашего обсуждения. (Высказывания авторов взяты непосредственно из наших разговоров по телефону и цитируются здесь напрямую; обсуждения по телефону проходили в апреле этого года; цитаты из самого текста приводятся по самому последнему изданию 2014 года).

 Я бы обобщил понимание Хауэрвасом и Уиллимоном термина «accommodationist»  следующим образом: термин «accommodationist» является критической эвристикой, а не категорией ереси.

Как Хауэрвас, так и Уиллимон объяснили, что этот термин не применяется для обозначения определенной группы людей. На самом деле, он обозначает особый вид методологической ошибки в христианском богословии. Приспособленческое, соглашательское мышление возникает тогда, когда этическим и философским категориям секулярного мира позволяют формулировать условия христианского богословского мышления. Эта критическая эвристика является инструментом, который христиане могут использовать для того, чтобы непрестанно спрашивать себя, сообразуется ли их мышление с  условиями этого мира или преобразуется во Христе (Римлянам 12:2).

Вот почему и Хауэрвас, и Уиллимон отметили, что разговор о ЛГБТ-идентичности сам по себе не представляет приспособленческое мышление. Как объяснил Уиллимон, мнения о сексуальности человека и идентичности не являются высшим критерием того, что составляет Христианское православие, и поэтому, как правоверные христиане, мы можем продолжать обсуждение серьезных вопросов идентичности и опыта человека. Фактически, утверждает он, использование этого разговора как способа отличить истинное христианство от ложного христианства может само по себе являться формой приспособленческого мышления, поскольку заставляет христиан относить себя к определенным политическим и идеологическим рамкам, существующим в данный исторический момент.

Как выразился Хауэрвас, «Я не вижу, как аргумент в рамках традиции можно назвать приспособленческой точкой зрения». Хауэрвас отметил, что традиция — это «живой аргумент во времени», который всегда должен включать критический самоанализ по поводу претензии на историческую преемственность: «Если вы делаете одно и то же, а мир вокруг вас меняется, вы, в сущности, не делаете одно и то же». Традиционная преемственность чрезвычайно важна  для того, что представляет собой церковь, но что именно означает эта преемственность в данный исторический момент, должно постоянно подвергаться вопросу. Вопрос, который мы должны задавать себе, состоит в том, приспосабливаем ли мы свое богословское осмысление к требованиям мира или стремимся к миру, преобразованному в соответстсвии с разумом Христа, что воистину означает быть церковью.

Тщательный анализ того, как Хауэрвас и Уиллимон используют в своей книге термин «accomodationist» в отношении «Иностранцев-резидентов», подтверждает эти доводы. Термин и его производные встречаются в тексте семь раз (стр. 27, 28, 32, 92, 94, 148, и 150). Во всех этих случаях термин относится к ошибке, которая позволяет современным политическим категориям и социальным проблемам, которые всегда случайны и изменчивы, диктовать условия христианской общественной мысли. Это не значит, что христианству нечего сказать в отношении социальных вопросов. Напротив, христианская мысль должна рассматривать и заниматься социальными вопросами, но именно потому, что она должна делать это на своих собственных условиях, ее подлинное свидетельство никогда не будет подчиняться политике эпохи. Согласно Хауэрвасу и Уиллимону, как консервативное, так и либеральное христианство в Америке «в основном являются приспособленческими, потому что и те, и другие ошибочно считают, что основное социальное назначение американской церкви — поддерживать американскую демократию» (32).

Иными словами, если христианин вырабатывает определенную позицию по насущному  социальному вопросу в рамках традиции и свидетельства, простое совпадение этой позиции с определенной американской политической идеологией еще не означает, что это обязательно приспособленческое мышление. Что действительно представляет собой приспособленческое  мышление – это когда христианин верит, что сама задача социальной мысли христианина должна совпадать с конкретной политической идеологией. Проблема с приспособленческим мышлением заключается не в том, что оно имеет политические последствия. Проблема состоит в том, что неслучайное, намеренное совпадение богословия с данной идеологией снижает оценку и удерживает в плену истинно преобразующую политику богословия, преобразующий потенциал, который просто шире, чем то, что можно когда-либо ожидать от идеологии.

Если рассматривать термин «accommodationist» как критическую эвристику, он может помочь христианам участвовать как в индивидуальном, так и в коллективном самоанализе того, что значит рассуждать традиционно в современном мире. Христианская саморефлексия имеет решающее значение, поскольку, как говорит Виллимон: «Мы верим, что церковь может быть основным средством обращения, детоксикации и внедрения практик, необходимых для того, чтобы быть христианином в мире, который считает, что он уже есть» (4). Что в итоге нужно — это восстановить убежденность в том, что Евангелие «возвращает нас к совершенно новому представлению о том, что значит для людей жить друг с другом. Эта совершенно новая концепция и есть церковь» — или пространство, где преображение во Христе становится основой преображения и спасения всего мира (92). Вот почему Хауэрвас характеризует  эту книгу как по своей сути  «обнадеживающую», потому что она «предполагает, что мы действительно живем в то время, когда Бог делает для церкви замечательные вещи» (173-4).


Фил Дорролл — адъюнкт-профессор религии в Уоффордском колледже в Спартанбурге, штат Южная Каролина.

Public Orthodoxy –Общественное Православие стремится способствовать обсуждению, обеспечивая форум для различных точек зрения по современным вопросам, относящимся к Православному Христианству. Мнения, высказываемые в данной статье, принадлежат единственно автору и необязательно представляют точку зрения издателей или Центра Православных Христианских исследований.