Межправославные отношения

Православие в Украине: война и еще одна автокефалия

Опубликовано: 31 мая, 2022
👁 1 901 просмотр
Рейтинг читателей:
4.4
(38)
Время прочтения: 5 мин.
Переводы: English

Война многое меняет, в первую очередь — сознание людей, но также и привычное течение времени. То, на что уходят годы и даже десятилетия в мирное время, занимает несколько месяцев, а порой и несколько дней во время войны.

27 мая Собор Украинской Православной Церкви, высший орган церковного управления, после долгих дебатов выразил несогласие с позицией патриарха Кирилла по поводу войны в Украине

 и принял дополнения и изменения в Устав об управлении УПЦ, «свидетельствующие о полной самостоятельности и независимости Украинской Православной Церкви»[1].

Сегодня нет возможности подробно анализировать решения Собора УПЦ. До сих пор не все документы опубликованы и нет необходимых официальных комментариев.

Неудивительно, что сегодня, когда информации недостаточно, комментаторы разделились на два непримиримых лагеря. Одни считают, что УПЦ спасает свою репутацию и дистанцирование от Москвы неискреннее, полностью согласованное с Московской патриархией. Другие считают, что сделан важный шаг к автокефалии Церкви, подлинной независимости от Москвы.

Далее я постараюсь реконструировать логику действий митрополита Онуфрия, так как надеюсь, что это позволит поставить решения Собора УПЦ в правильный контекст.

Итак, буквально с первых дней войны ряд епархий УПЦ отказался поминать патриарха Кирилла в знак протеста против его антиукраинской позиции, и это решение получило негласную поддержку митрополита Онуфрия. Немного позднее стали раздаваться призывы провести собор и принять решение «о будущем Церкви», которое многими понималось как категорическое отделение от Московского патриархата. Митрополит Онуфрий медлил с решением о созыве собора, а его ближайшее окружение – митрополит Антоний (Паканич) и диакон-олигарх Вадим Новинский занимали откровенно промосковскую позицию. Трудно сказать, насколько хорошо понимал митрополит Онуфрий настроение украинской паствы в марте-апреле. Позицию патриарха Кирилла Онуфрий понимал гораздо лучше: если во время пандемии патриарх звонил ему каждую неделю, то за три месяца войны не позвонил ни разу. И это молчание было очень красноречивым.

Ситуация резко изменилась 12 мая. В этот день состоялось заседание Священного синода УПЦ, документы для которого как обычно готовил Управляющий делами митрополит Антоний. Ни слова о проведении собора в этих документах не было. Москва всеми силами старалась сохранить существующий status quo и не давала своего предварительного одобрения на проведение собора. Первая неожиданность произошла именно на синоде. Митрополит Онуфрий потребовал включить в решения синода ответ на призывы духовенства и провести собрание с участием духовенства и мирян. И вот какая формулировка получилась в итоге:

«В ближайшее время будет созвано собрание с участием епископов, священников, монахов и мирян для обсуждения возникших в результате войны проблем церковной жизни, которые нас всех беспокоят. При этом подчеркиваем, что мы должны сделать все, чтобы дискуссия по тому или иному вопросу не вывела нас из канонического поля и не привела к новым разделениям в Церкви».[2]

Обсуждение этой краткой и довольно расплывчатой формулировки заняло два часа и причиной тому – сопротивление некоторых членов синода. Тем не менее митрополиту Онуфрию удалось отстоять необходимость проведения собрания.

Увидев, насколько жестко подобным инициативам сопротивляются сторонники сохранения единства с Москвой, митрополит Онуфрий взял подготовку собрания в свои руки и фактически отстранил митрополита Антония от участия в подготовке содержательной части собрания. Это стало второй неожиданностью. Никогда прежде такого не было.

Очевидно, что для Онуфрия это было трудное, но единственно возможное решение. С одной стороны, у него совершенно не было подготовленной команды для организации такого собрания, а с другой стороны, если бы митрополит Антоний и Вадим Новинский получили бы доступ к проектам документов, Москва бы заранее знала сценарий предстоящего собрания и нашла бы возможность эффективно ему противодействовать.

Митрополит Онуфрий решил действовать быстро и решительно и назначил собор на 27 мая, то есть всего через 13 дней после решения о его проведении. За это время он получил большое количество писем из различных приходов, которые помогли ему увидеть реальное настроение духовенства и мирян.

Очевидным минусом такого решения стало отсутствие какого-либо регламента по выдвижению делегатов на собрание. Выборы делегатов прошли только в двух епархиях. В остальных 50-то делегаты были назначены правящим архиереем. И это далеко не всегда были авторитетные или хотя бы богословски образованные люди.

Никто из собравшихся утром 27 мая не представлял, что им предстоит делать, какие вопросы и как решать. Грандиозный план митрополита Онуфрия открылся только к середине дня. В самом конце собрания, на котором большая часть собравшихся выступила за независимость УПЦ от Москвы, митрополит Онуфрий объявил об экстренном заседании Священного синода, который в свою очередь тут же собрал Архиерейский собор, который в свою очередь объявил о проведении Собора УПЦ с участием духовенства и мирян.

Надо сказать, что этот дерзкий план митрополита Онуфрия сработал. Сторонники Москвы были растеряны и их сопротивление не было столь значительным, как ожидалось. Фактическим главными оппонентами митрополита Онуфрия стали Вадим Новинский и митрополит Запорожский Лука (Коваленко).

Однако если утром на собрании сторонников отделения от Москвы было около 60%, то на Соборе поправки «о независимости» поддержали 70%-80% голосовавших. И это результат уникальной для современного православного мира ситуации: для многих собравшихся авторитет митрополита Онуфрия настолько высокий, что они готовы последовать за ним, даже если сами сомневается или выступают против отделения от Москвы.

На Соборе сам митрополит Онуфрий всеми силами старался избежать использования слова «автокефалия». Он говорил о «независимости» и тем самым сбил с толку и своих противников, и даже некоторых своих сторонников.

Прошло три дня после Собора, но изменения в Устав УПЦ до сих пор не опубликованы. Нет никаких официальных комментариев от митрополита Онуфрия по итогам.

Могу предположить, что эту паузу он держит сознательно. Ситуация в Церкви и шире – в украинском обществе – настолько сложная, что митрополит Онуфрий хочет посмотреть на реакцию: сколько у него сторонников? какие у его противников аргументы? и сколько этих противников?

Не обошлось и без просчетов со стороны митрополита Онуфрия. Он не воспользовался поддержкой Собора, чтобы обновить состав Священного синода, и оставил в нем своих открытых противников; он не сместил с должности наместника Киево-Печерской лавры одиозного и откровенно промосковского митрополита Павла (Лебедя).

Остается непонятным, кто обеспечит митрополиту Онуфрию доверительные контакты с предстоятелями поместных Православных Церкви, чтобы донести до них его позицию и, возможно, план дальнейших действий.

Очевидно, что решения Собора резко меняют сложившийся баланс сил: внутренне УПЦ, отделившись от Москвы, стала сильнее, но в то же время она значительно ослабла. Строго говоря, УПЦ утратила ясный канонический статус и балансирует на грани раскола. В условиях войны это вполне допустимо, однако в перспективе этот статус должен быть изменен.

Учитывая, что возвращение в состав РПЦ невозможно, есть всего три пути:
1) присоедниение/объединение с ПЦУ, которая уже получила Томос об автокефалии от Вселенского патриарха — однако судя по жестким формулировкам Собора в отношении ПЦУ, этот путь будет сложным и долгим – вероятнее всего ощутимые результаты можно ожидать только в очень отдаленной перспективе;

2) создание экзархата (или нескольких экзархатов в юрисдикции Вселенского патриархата на территории Украины) — однако на это должна быть воля прежде всего Вселенского патриарха и не факт, что представители митрополита Онуфрия смогут успешно провести такие переговоры;

3) получение de facto признания со стороны хотя бы некоторых поместных Православных Церквей и существование «в серой зоне» — ясного автокефального статуса вроде нет, но и отказываться от общения поместные Церкви не будут, так как было бы безумием выталкивать в раскол Церковь, в которой 52 епархии и более 12000 приходов, и которая сама уходить в раскол не хочет; этот путь можно назвать «РПЦЗ 2.0», очень вероятно, что именно в этом и заключается основной план митрополита Онуфрия.

Через день после Собора УПЦ Московская патриархия ответила митрополиту Онуфрию и всей Украинской Церкви плохо скрываемыми угрозами[3]. Однако очевидно, что митрополит Онуфрий их не боится.

Насколько долгим и болезненным будет путь автокефализации УПЦ сказать трудно. Однако сейчас важно помочь крупнейшей религиозной общине Украины обрести новый статус. В этом могла бы проявиться солидарность поместных Православной Церквей с УПЦ. Очевидно, что в последние годы Церкви были довольно скупы на проявления солидарности.

Может быть, пришло то время, когда ее стоит проявить?


[1]  Постанова Собору Української Православної Церкви від 27 травня 2022 року. http://kdais.kiev.ua/event/postanova-27052022/

[2] Заявление Священного Синода Украинской Православной Церкви от 12 мая 2022 года. https://news.church.ua/2022/05/12/zayavlenie-svyashhennogo-sinoda-ukrainskoj-pravoslavnoj-cerkvi-ot-12-maya-2022-goda/?lang=ru

[3] ЖУРНАЛ Священного Синода от 29 мая 2022 года. http://www.patriarchia.ru/db/text/5931468.html


 

Print Friendly, PDF & Email

Если вы читаете этот текст, значит, вы дочитали статью до конца. Мы надеемся, что она оказалась для вас полезной (иначе зачем дочитывать её до конца?). И теперь у нас есть скромная просьба. Подготовка и публикация этой статьи стали возможны благодаря поддержке наших читателей. Даже небольшое пожертвование помогает нашей редакции создавать новый контент. Поверьте, ваша поддержка для нас очень важна. Если вы цените нашу работу, подумайте о том, чтобы сделать пожертвование — каждый вклад имеет значение. Спасибо вам!

Проект Public Orthodoxy возник из стремления создать медийную площадку для обсуждения широкого круга проблем, связанных с Православным христианством, и для свободного выражения различных точек зрения. Позиция автора, выраженная в данной статье, может не совпадать с точкой зрения редакции или Центра православных исследований Фордэмского университета.

Об авторе

  • Сергей Чапнин

    Директор по коммуникациям Центра православных исследований Фордэмского университета, главный редактор альманаха современной христианской культуры "Дары"

    Информация об авторе и список его статей

Статья заставила задуматься?

Спасибо, что нашли время прочитать этот текст! Если вы чувствуете, что готовы присоединиться к дискуссии на площадке Public Orthodoxy, мы готовы опубликовать ваш текст. Мы тщательно оцениваем присылаемые тексты на соответствие нашему основному кредо: Соединяя церковное, научное и политическое. Нажмите на кнопку ниже, чтобы ознакомиться с другими требованиями к статьям.

На страницу для внешних авторов

Оцените эту публикацию

Это эссе показалось вам интересным?

Нажмите на звезду, чтобы оценить его!

Средняя оценка 4.4 / 5. Количество оценок: 38

Поставьте первую оценку этому эссе.

Поделитесь этой публикацией

Дисклеймер

Проект Public Orthodoxy возник из стремления создать медийную площадку для обсуждения широкого круга проблем, связанных с Православным христианством, и для свободного выражения различных точек зрения. Позиция автора, выраженная в данной статье, может не совпадать с точкой зрения редакции или Центра православных исследований Фордэмского университета.