Межправославные отношения, Православие и современность

Какая Православная Церковь в Украине является крупнейшей?

Опубликовано: 9 ноября, 2022
👁 813 просмотров
Рейтинг читателей:
4
(2)
Время прочтения: 5 мин.

Томас Бремер (Thomas Bremer)

С момента, когда Православная Церковь Украины (ПЦУ) получила автокефалию Вселенского Патриарха в начале 2019 года, она стала конкурировать с Украинской Православной Церковью (УПЦ) не только за каноничность, но и за количество приходов и число верующих. Каждая из них заявляла, что является единственной канонической и крупнейшей церковью в стране, однако многочисленные передачи приходов от юрисдикции УПЦ к ПЦУ (и наоборот), военное положение — и, таким образом, озабоченность властей и верующих более насущными проблемами — делает практически невозможным получение достоверных данных. 13 сентября 2022 года Председатель Государственной Службы Украины по Этнополитике и Свободе Совести, Елена Богдан, публично описала УПЦ как крупнейшую религиозную «сеть» в стране. Несколькими днями ранее просочившийся документ, указывал на администрацию Украинской Службы Безопасности по городу и району Киева, как предупреждающую, что переход верующих из УПЦ в ПЦУ представляет угрозу для национальной безопасности (поскольку приходские собрания тех, кто готовит передачи, могут привести к открытым конфликтам, а также «передачи могут разжигать межконфессиональную ненависть»). На что Синод ПЦУ отреагировал 18 октября заявлением, утверждающим, что государственные органы препятствуют передаче приходов от УПЦ, «имеющих только 4% общественной поддержки».

Однако вопрос о том, какая церковь больше, остается открытым. Есть два способа подсчёта: по количеству приходов или по количеству прихожан. Что касается приходов, украинские власти имеют очень подробную статистику. Каждое религиозное сообщество, которое хочет законно существовать в Украине, должно быть зарегистрировано вышеупомянутой государственной службой и регулярно предоставлять данные о количестве приходов, духовенства, учебных заведений и т.д. У нас есть эти статистические данные, что позволило пронаблюдать динамику роста (или снижения) религиозных общин. Чтобы интерпретировать эти числа, важно учесть несколько элементов:

1. Количество приходов включает в себя «активные» и «неактивные». В годы напряженности между православными общинами некоторые из них основали приходы, чтобы присутствовать в определенном регионе, но в действительности отдельные из таких приходов никогда не функционировали.

2. Категория «приход» никак не характеризует его размер. Это может быть большой собор в городе, где по воскресеньям проводятся несколько служб, с сотнями участников на каждой, или маленькая деревенская церквушка, которую посещают в среднем 15 верующих по воскресеньям. И то, и другое считается приходом.

3. После создания ПЦУ в начале 2019 года несколько сотен УПЦ приходов перешли к ней. К концу 2022 года таких приходов было 1151. УПЦ неоднозначно отнеслась к большинству из этих переходов и оспорила это в суде. Во многих случаях приходы, оказалось, не переключились, а разделились: часть отошла к ПЦУ, а часть осталась с УПЦ. Таким образом, приход передается в ПЦУ, но УПЦ создаёт новый в том же городе или деревне. Это означает, что обе церкви растут (с точки зрения количества приходов).

4. Статистика отражает статус на 1 января каждого года. После начала войны во многих местах ситуация изменилась. Правильная регистрация приходов зачастую невозможна, и никто не может предоставить надёжные данные о ситуации на оккупированных территориях и в зонах боевых действий. Некоторые информационные источники предполагают, что российские власти не позволяют функционировать ни одной другой церкви, за исключением УПЦ (или даже Российской Православной Церкви) на подконтрольных им территориях.

Все вышесказанное позволяет обратиться к последней официально существующей статистике (на 1 января 2021 года). У УПЦ на тот момент имелось 12.406 приходов, среди них 239 неактивных и 89 не зарегистрированных. У ПЦУ имелось 7.188 приходов, среди них 457 неактивных и 328 не зарегистрированных. Кроме того, в Украине есть ещё семь православных церквей, но ни одна из них не имеет более 79 приходов, поэтому они не являются статистически значимыми.

Эти цифры показывают, что, когда мы смотрим на количество приходов, УПЦ кажется намного крупнее. Существуют огромные региональные различия. В некоторых областях одна церковь может быть в десять раз больше, чем другая (и наоборот).

В этом контексте также интересно рассмотреть число священнослужителей. Обе церкви имеют гораздо меньшее количество духовенства по сравнению с приходами (УПЦ 10.510 для 12.406 приходов; ПЦУ 4.572 для 7.188 приходов). В данном случае региональные различия чрезвычайно важны. ПЦУ имеет только один из 25 существующих районов с большей численностью духовенства, чем приходов, УПЦ один из 10. Два показательных примера: в Черкасском районе УПЦ имеет только 255 священнослужителей для 569 приходов. В Винницком районе ПЦУ имеет 129 священнослужителей для 422 приходов.

Теперь о количестве прихожан. Официальная статистика отсутствует и со стороны церкви, и со стороны государства. Социологи пытались установить данные с помощью опросов. Наиболее известный институт общественного мнения в Украине, Центр Разумкова, в течение многих лет проводил исследования и опубликовал результаты. Однако здесь также нужно иметь ввиду некоторые нюансы:

1. Многие православные украинцы (около 36%), в случае когда их просят обозначить принадлежность к определенной церкви, определяют себя как «просто православные». Они не хотят идентифицироваться ни с одной из церковных организаций, однако хотят подчеркнуть, что являются православными.

2. Сами исследователи признают, что зачастую респонденты не знают названия их церкви. Когда одна группа людей была опрошена о своей принадлежности церкви, и после некоторых других вопросов, опять задали вопрос к какой церкви они себя относят, но с перечисленными в другом порядке церквями, получили значительно отличающиеся результаты. Очевидно, что люди, видя первую, подходящую на их взгляд, церковь в списке, её и отмечают. Тот факт, что имена церквей очень похожи, также способствуют этому феномену.

3. Опросы частично используют корректные названия церквей, а частично — не являющиеся официальными. УПЦ находится в анкетах под названием «Украинская Православная Церковь — Московский патриархат». Однако это не её имя, и никогда им не было. В ситуации, когда Россия напала на Украину, и Московский Патриарх поддерживает это нападение, трудно себе представить, что люди, принадлежащие к УПЦ, отметят этот пункт. Кроме того, зачастую имена глав церквей добавляются к имени церкви. Так, Митрополит Эпифаний (ПЦУ) гораздо более представлен в общественной сфере, СМИ и т.д., чем его коллега из УПЦ Митрополит Онуфрий; что также делает более вероятным, что люди отметят в списке церковь рядом с именем Эпифания.

Перед войной исследование на местах проводилось просто подсчитыванием количества прихожан в отдельных населенных пунктах. Результат был отрезвляющий. Несмотря на высокую степень благочестия и посещаемости церквей, которые социологи наблюдали в течение многих лет, в действительности гораздо меньше людей появлялись на службах. Во многих местах, если бы все те, кто сказал, что будут присутствовать, действительно пришли, существующие церковные здания не смогли бы даже вместить верующих. Было бы интересно продолжать и далее проводимые исследования, и скоординировать их ещё лучше, однако это невозможно в условиях войны. Между тем, исследования показывают, что верующие УПЦ более привязаны к своим приходам, более активны в них, и чаще посещают службы, чем прихожане в ПЦУ.

Эти данные приводят к выводу, что мы не можем сделать какое-либо достоверное утверждение о количестве верующих. Число 4%, цитируемое ПЦУ, не достаточно надёжно. С учётом указанных выше ограничений, УПЦ всё же больше ПЦУ, с точки зрения приходов. Даже несмотря на то, что война создала сотни приходов, перешедших к ПЦУ, разница всё ещё значительная. С точки зрения общественной поддержки и идентификации с одной из церквей — ПЦУ кажется сильнее.

Но следует спросить, есть ли смысл в цифрах? Решение вопроса об Украинской Церкви не будет достигнуто путём маргинализации одной из двух церквей или путём содействия переходу. Новые формы сосуществования, и даже сотрудничество, должны быть найдены для преодоления ситуации. Однако, такой результат кажется маловероятным… Вместо этого обе церкви конкурируют друг с другом в соревновании, в котором никто не может победить.


Томас Бремер в настоящее время вышел на пенсию, ранее преподавал Экуменическое Богословие и Изучение Восточных Церквей в Университете Мюнстера, Германии.

Print Friendly, PDF & Email

Если вы читаете этот текст, значит, вы дочитали статью до конца. Мы надеемся, что она оказалась для вас полезной (иначе зачем дочитывать её до конца?). И теперь у нас есть скромная просьба. Подготовка и публикация этой статьи стали возможны благодаря поддержке наших читателей. Даже небольшое пожертвование помогает нашей редакции создавать новый контент. Поверьте, ваша поддержка для нас очень важна. Если вы цените нашу работу, подумайте о том, чтобы сделать пожертвование — каждый вклад имеет значение. Спасибо вам!

Проект Public Orthodoxy возник из стремления создать медийную площадку для обсуждения широкого круга проблем, связанных с Православным христианством, и для свободного выражения различных точек зрения. Позиция автора, выраженная в данной статье, может не совпадать с точкой зрения редакции или Центра православных исследований Фордэмского университета.

About authors

Статья заставила задуматься?

Спасибо, что нашли время прочитать этот текст! Если вы чувствуете, что готовы присоединиться к дискуссии на площадке Public Orthodoxy, мы готовы опубликовать ваш текст. Мы тщательно оцениваем присылаемые тексты на соответствие нашему основному кредо: Соединяя церковное, научное и политическое. Нажмите на кнопку ниже, чтобы ознакомиться с другими требованиями к статьям.

На страницу для внешних авторов

Оцените эту публикацию

Это эссе показалось вам интересным?

Нажмите на звезду, чтобы оценить его!

Средняя оценка 4 / 5. Количество оценок: 2

Поставьте первую оценку этому эссе.

Поделитесь этой публикацией

Дисклеймер

Проект Public Orthodoxy возник из стремления создать медийную площадку для обсуждения широкого круга проблем, связанных с Православным христианством, и для свободного выражения различных точек зрения. Позиция автора, выраженная в данной статье, может не совпадать с точкой зрения редакции или Центра православных исследований Фордэмского университета.