Библеистика, Христианская жизнь

Призыв Павла к равенству в сборе средств для бедных

Опубликовано: 28 февраля, 2024
Всего просмотров: 👁 27 просмотров
Рейтинг читателей:
5
(1)
Время прочтения: 5 мин.
Переводы: Ελληνικά | English
iStock.com/wirestock

Многие ли — и прежде всего, многие ли христиане — знают, что Павел говорил о равенстве и, более того, утверждал, что равенство — это и основа, и цель отношений между верующими во Христа, между теми, кто наслаждается изобилием, и теми, кто страдает от недостатка? Разве не удивительно, что на протяжении двух тысяч лет, за редким исключением, слова Павла о равенстве были, так сказать, фигурой умолчания?

Не требуется, чтобы другим было облегчение, а вам тяжесть, но чтобы была равномерность (ἐξ ἰσότητος). Ныне ваш избыток в восполнение их недостатка; а после их избыток в восполнение вашего недостатка, чтобы была равномерность (ὅπως γένηται ἰσότης), как написано: кто собрал много, не имел лишнего; и кто мало, не имел недостатка (2 Кор. 8, 13-15).

Свидетельством силы традиционного образа Павла как гаранта Свидетельством силы традиционного образа Павла как гаранта богоустановленной иерархии является то, что увещевание Павла к равенству фактически замалчивается. Если первые, слабые отголоски призыва Павла к равенству и можно услышать в трудах нескольких философов и теологов, то это лишь потому, что эти мыслители остро осознают опасность, нависшую над человечеством: структурное неравенство, подобное тому, что было характерно для Римской империи, теперь может сокрушить человеческий дух.

В годы, последовавшие за глобальным финансовым кризисом 2007-2008 годов, экономисты пришли к неутешительным выводам: неравенство достигло исторического уровня, не наблюдавшегося со времен Великой депрессии.

1% самых богатых домохозяйств мира сегодня владеет более чем половиной мирового богатства (Oxfam Briefing Paper 210, 2016). Действительно, 26 самых богатых людей на Земле сейчас владеют такой же собственностью, как и 50 % самых бедных (The Guardian, 20 января 2019 г.). Экономисты предвидят ужасные последствия растущего неравенства. Томас Пикетти приходит к выводу, что «мощные силы дифференциации [в глобальной экономике] потенциально угрожают демократическим обществам и ценностям социальной справедливости, на которых они основаны» (Capital in the TwentyFirst Century, 571). Джозеф Штиглиц предупреждает, что цена нашего неравенства — это не только ослабление демократии, но и эрозия фундаментальных моральных ценностей — нашего понимания игры по правилам, нашей практики золотого правила (The Price of Inequality, xvii). Сегодня некоторые философы (например, Ален Бадью, Жак Рансьер) ссылаются на равенство как на единственную идею, способную бросить вызов власти олигархии и создать условия для выхода из коррумпированного и умирающего мирового порядка. При этом философы реалистично оценивают трудности, с которыми сталкивается любое движение к более эгалитарному обществу: любое прогрессивное перераспределение ресурсов потребует такого уровня международного сотрудничества, который не по силам национальным государствам, а классовая структура стремится к систематической ликвидации любых мест, где люди могли бы встречаться, препятствуя сплочению простых людей.

В политическом ландшафте современности отсутствует нечто важное, что вызывает апокалиптические настроения у философов и заниженные ожидания у экономистов. Но именно это, пусть и в очень скромном виде, есть в общинах, которые являются наследием апостола Павла в последние времена — это места встречи, где люди собираются вместе преодолевая классовые, расовые и гендерные барьеры и те организации, которые доказали свою историческую устойчивость. Ведь, несмотря на сокращение числа христиан в Европе и Северной Америке, христиане остаются крупнейшим религиозным сообществом в современном мире, составляя почти треть от 7,6 миллиарда жителей Земли. Некоторые из этих общин связаны — поверх культурных различий — давними родственными связями. Смеем ли мы надеяться, что эти общины, разбросанные по всему миру, станут местом для воплощения идеи равенства в наше тревожное время?

Решающим шагом на пути к этой цели может стать возвращение к идее Павла о равенстве как основании и цели христианской жизни. В книге «Чтобы было равенство: Призыв Павла к партнерству в сборе средств» (That There May Be Equality: Paul’s Appeal for Partnership in the Collection, Lanham: Fortress Academic, 2023), я предлагаю начать с исследования основных экзегетических препятствий на пути к пониманию идеи Павла. Первое из них — двусмысленный перевод слова ἰσότης как справедливое равновесие в английских версиях Библии (в синодальном переводе – равномерность, прим. переводчика). Я показываю, что этот перевод не имеет лексической поддержки: в каждом случае, когда ἰσότης стоит отдельно в древнегреческом языке, его значение — равенство, и прежде всего политическое равенство, в соответствии с традицией мысли, в которой равенство, наряду со свободой, было фундаментальным принципом греческой демократии.

Во-вторых, я опровергаю мнение многих ученых о том, что равенство не имело решающего значения для понимания Павлом отношений между верующими во Христа, поскольку слово ἰσότης встречается среди подлинных посланий Павла только в 8 главе Второго Послании к Коринфянам. Я прослеживаю историю заботы Павла о бедных — от первого упоминания о сборе в наставлениях, предложенных в 1 Кор. 16, 1-3 до окончательного подсчета пожертвований в Послании к Римлянам 15, 25-27. Я утверждаю, что решающим моментом в эволюции мысли Павла стало его открытие того, что неимущие подвергались унижению в Коринфе, когда верующие во Христа собирались на Вечерю Господню (1 Кор. 11, 17-34). Наконец, я пытаюсь переломить тенденцию ученых рассматривать призыв Павла к равенству как аргумент, присущий его отношениям именно с коринфянами, рассматривая призыв Павла в контексте растущей пропасти между богатыми и бедными в ранней Римской империи, что было прекрасно задокументировано в работах по экономической истории Рима.

На фоне растущего неравенства я пытаюсь определить место Павла в возрождении дискурса равенства в I веке, который появился в трудах различных мыслителей (Филона, Плутарха, Архита и др.). Наиболее характерным аспектом аргументации Павла в 8 главе Второго Послания к Коринфянам следует назвать стремление распространить идеал равенства на экономическую сферу. По общему мнению античных историков, концепция равенства была сугубо политической и не распространялась на социальную и экономическую жизнь общества. В греко-римском мире нет каких-либо предшествующих попыток установить отношения между представителями разных социальных классов, целью которых было бы достижение равенства. Павел был первым.

Насколько широко, по замыслу Павла, принцип «равенства» должен распространяться на экономические отношения между группами верующих во Христа? Ставил ли Павел своей целью уравнять имущество христианских общин путем многократного взаимного обмена? При внимательном прочтении 8 главы Второго послания к Коринфянам Павел выглядит куда более радикальным выразителем идеи равенства, чем умеренные защитники олигархии, такие как Филон и Плутарх, или умеренные демократы, такие как Архит. С одной стороны, предположение Павла о равенстве всех верующих во Христа отделяет его от олигархического представления о различии достоинства отдельных людей. С другой стороны, призыв Павла к равенству как цели в сборе средств для бедных разрушает представление демократа о равенстве как о некоем промежуточном состоянии.

Более того, что очень важно, Павел дважды использует понятие равенство — сначала как основание, а затем как цель — и постоянно ставит под сомнение распределение мест, на которые люди назначаются в результате иерархической организации общества. В формулировке Павла равенство как основание оказывает постоянное давление на равенство как цель. Павел призывает своих читателей осуществить принцип равенства всех верующих во Христа путем добровольного перераспределения ресурсов. Приходя к такому выводу, я следую по стопам греческого исследователя Нового Завета Петроса Василиадиса, который 32 года назад написал следующее: «Согласно аргументам Павла во 2-м Послании к Коринфянам 8, смыслом проекта сбора средств был социальный идеал равного распределения и совместного использования материальных благ» (The Collection Revisited, Deltion Biblikon Meleton 11 [1992] 42-48, at 44).

Print Friendly, PDF & Email

Если вы читаете этот текст, значит, вы дочитали статью до конца. Мы надеемся, что она оказалась для вас полезной (иначе зачем дочитывать её до конца?). И теперь у нас есть скромная просьба. Подготовка и публикация этой статьи стали возможны благодаря поддержке наших читателей. Даже небольшое пожертвование помогает нашей редакции создавать новый контент. Поверьте, ваша поддержка для нас очень важна. Если вы цените нашу работу, подумайте о том, чтобы сделать пожертвование — каждый вклад имеет значение. Спасибо вам!

Проект Public Orthodoxy возник из стремления создать медийную площадку для обсуждения широкого круга проблем, связанных с Православным христианством, и для свободного выражения различных точек зрения. Позиция автора, выраженная в данной статье, может не совпадать с точкой зрения редакции или Центра православных исследований Фордэмского университета.

Об авторе

Статья заставила задуматься?

Спасибо, что нашли время прочитать этот текст! Если вы чувствуете, что готовы присоединиться к дискуссии на площадке Public Orthodoxy, мы готовы опубликовать ваш текст. Мы тщательно оцениваем присылаемые тексты на соответствие нашему основному кредо: Соединяя церковное, научное и политическое. Нажмите на кнопку ниже, чтобы ознакомиться с другими требованиями к статьям.

На страницу для внешних авторов

Оцените эту публикацию

Это эссе показалось вам интересным?

Нажмите на звезду, чтобы оценить его!

Средняя оценка 5 / 5. Количество оценок: 1

Поставьте первую оценку этому эссе.

Поделитесь этой публикацией

Дисклеймер

Проект Public Orthodoxy возник из стремления создать медийную площадку для обсуждения широкого круга проблем, связанных с Православным христианством, и для свободного выражения различных точек зрения. Позиция автора, выраженная в данной статье, может не совпадать с точкой зрения редакции или Центра православных исследований Фордэмского университета.